Слышали новость: человеку пересадили мозги от коровы. Трансплантировали 
впервые в мире!
Почему от коровы? А потому, что не смогли найти подходящих. Ну, представьте 
такую картину: лежит человек, черепная коробка открыта, все нервничают. Привозят 
одного.. Алкоголик!
Жена этого, который с коркой... говорит: ни за что! Лучше так зашивайте!
Ей говорят: так нельзя. Не для того мы время теряли! Привозят следующего... 
Самоубийца! Сами посудите - какой смысл?
Пересадишь мозги, а он повесится! Ждут, а время, идет! Наконец привозят... 
Гомосексуалист!
Ну там, откуда привозят, не знают. А тут анализы сделали - 
гомосексуалист-индивидуалист! То есть, любит только себя! Жена, понятно, в крик! 
Кричит: пусть лучше без мозгов будет! А время обеденное - люди нервничают. 
И тут привозят одного... Весь в наколках... Жене говорят: берете? Или у нас 
терпение уже лопается! Она говорит: страшно! Ей говорят: чего страшно? Он всю 
жизнь по тюрьмам, вы его и не увидите!
Она говорит: тогда какой смысл? Посылки ему в зону посылать?
Ну, день кончается, а трансплантировать нечего! Народ звереет! И тут привозят 
одного - депутат, скончался от радости, что был кворум!
Жена в слезы. Кричит: он меня заговорит!
Ей говорят: не волнуйтесь, он уже не соображает ничего. И потом вы же видите, 
какой контингент среди покойной массы! А остальные - или еще живы пока, или уже 
за границу рванули!
Она говорит: а из-за границы? - А валюта у вас есть, говорят ей! Она и заткнулась.
Вот тут фельдшер Иванюк и придумал: абсолютно чистый, не пораженный социальными 
язвами мозг коровы!
Жена кричит: делайте, что хотите! Чтоб только он не пил, не гулял, не ругался, 
не дрался и с работы домой приходил! Может, кричит, даже молока не давать!
Ну, они и пересадили. А когда больной выздоровел, посмотрел он вокруг и сказал: 
"Му-у... Му-у... вы все!

   Отправляясь в отпуск, не забудьте о мерах предосторожности, это  увеличит 
вероятность вернуться живым. 
   Уезжая, сообщите родным и близким адрес пункта прибытия. Попрощайтесь на 
всякий случай с соседями, раздайте долги, наденьте все чистое,  напишите завещание. 
   Железная дорога - быстрый и удобный вид транспорта, но  помните,  что среди 
попутчиков могут оказаться преступники. 
   Куда спрятать деньги? В карманы, в кошелек -  все  равно  что  самому вручить 
наличность  грабителю.  Есть  надежные  варианты.  Можно  зашить деньги в 
подкладку одежды, причем частями и в разных местах. У  вора  не хватит терпения 
два часа вспарывать  вашу  подкладку,  он  рассвирепеет, проломит вам голову, зато 
почти вся сумма останется вам. 
   Другой вариант: все деньги вложить в полиэтиленовый  пакет,  на  огне сплавить 
концы, чтобы в пакетик не проникла слюна. Пакет запихивается  в рот, прижимается 
к щеке. Сидите и помалкивайте. В крайнем  случае,  если воры доберутся до рта, пакет 
можно проглотить, тем самым сохранив деньги на случай крайней нужды. 
   Наивные женщины, как в старые добрые времена, прячут деньги  в  бюстгалтер. Ни в 
коем случае! Сегодня это место, с которого начинается  грабеж. 
   Некоторые сексуальные мужчины предпочитают прятать деньги  в  трусах, что 
негигиенично, зато вы все время чувствуете себя при деньгах. 
   Организуйте в купе круглосуточное дежурство. Часовой должен сидеть за столиком 
не сводя глаз с двери, для маскировки держа в руках стакан  чая или бутылочку с 
зажигательной смесью. 
   Дверь купе по возможности держите закрытой. Прежде чем открыть, спросите: 
"Кто там?" Если ответят: "Проводница", попросите просунуть в  щель документы. 
Скажут: "Водопроводчик", - стреляйте! 
   Ни на секунду не оставляйте вещи без присмотра. Даже в  туалет  рекомендуем 
ходить с чемоданом. Ежели чемодан настолько велик, что в туалете помещается либо 
он, либо вы, придется оставить чемодан в купе, но тогда, находясь в туалете, примите 
такую позу, чтобы одним глазом видеть купе с вещами, а вторым глазом - все остальное. 
Неудобства окупятся. 
   Оказавшись в одном купе, люди, естественно,  знакомятся.  Ни  в  коем случае не 
называйте свое настоящее имя, фамилию, адрес. Придумайте  себе легенду. Например: 
я,  Иванов  Петр  Петрович,  безработный,  бездомный, шесть раз грабили, поэтому 
денег при себе нет, пятый год болен проказой. При этом чешитесь. Бандиты брезгливы, 
поэтому отдельное купе вам обеспечено. 
   Принесенный проводницей чай незаметно вылейте под стол, в  нем  может оказаться 
снотворное. 
   Запоминайте лица попутчиков, это может пригодиться при  расследовании преступления. 
Хорошо, когда у пассажиров есть характерные приметы:  шрамы, увечья, физические 
недостатки. Если их нет, увечье всегда можно  нанести. Скажем, прижмите как бы 
нечаянно пассажиру палец в дверях. А лучше голову - вот вам и характерная примета! 
   Помните, лучший вид защиты от бандита - нападение на него. В  тамбуре у вас могут 
попросить закурить. Не теряйтесь! Левую руку суньте в карман за спичками, правой 
проведите удар фалангами пальцев в горло неизвестного. Если он нанесет ответный удар - 
вы не ошиблись, перед вами профессиональный преступник. Если он упадет замертво, 
значит, это был обыкновенный пассажир. 
   На станциях у поездов идет бойкая торговля овощами  и  фруктами.  Кто знает, из 
чего они сделаны! Купите то, что хочется, но сразу  не  ешьте. Наверняка в вагоне 
будут пассажиры с детьми. Угостите их. Детишки всегда лопают не подумавши. Если с 
детками в течение двух часов ничего не  случится - приступайте к еде. 
   Если на свою беду вы привлекательная женщина с хорошей фигурой, ждите 
насильников! Ваши физические достоинства, в данном случае -  недостатки, тем не 
менее можно скрыть. Швейное объединение "Щит" на заказ по  фигуре шьет мешковатые 
закрытые платья из отталкивающей ткани. Это поможет  избежать группового изнасилования. 
   Подобранная не по размеру обувь сделает вашу походку идиотской. Опытные косметологи 
по борьбе с организованной преступностью  проведут  несложную пластическую операцию - 
в результате вас родная мать не узнает! 
   И вот, предположим, вы живым выйдете из поезда. До места  отдыха  вам предложат 
добраться на такси. Ни в коем  случае  не  садитесь  в  машину один. Это может 
закончиться трагически. Не менее опасно ехать в такси  с незнакомыми попутчиками. 
Пешком пробираться по неведомой местности  тоже рискованно. Дождитесь колонны 
арестантов в сопровождении конвоя.  Пристройтесь к группе и под конвоем с песней 
двигайтесь к месту отдыха. 
   По окончании отпуска не вздумайте вернуться домой свежим и  отдохнувшим. Народ и 
так раздражен, поэтому не дразните зверя.  Постарайтесь  на пляже сгореть так, чтобы 
кожа висела клочьями. Возвращайтесь измученным, грязным, больным. Рассказывая о 
проведенном отдыхе, придумайте  побольше ужасов: мол, избили, ограбили, отравили. 
Это расположит к  вам  окружающих. Хотя, с другой стороны, может, вам и не  придется  
ничего  придумывать. Сегодня главное - вернуться живым! 
   Желаем приятного отдыха!

     Как бы хорошо было, если б интеллигенты могли быть еще и нахалами! Только 
продавщица в гастрономе начнет кричать:
     - Ишь ты, интеллигент нашелся! Кусочек ему попостнее! Много вас тут... Всем 
попостнее, чего я домой забирать буду?
     А интеллигент-нахал в ответ ей интеллигентно так, по-доброму, с улыбкой:
     - С таким характером могла бы быть и покрасивее!
     Над этой фразой она так задумается, что человек пять вежливо отпустит, пока 
думать будет, что он ей сказал. Шестому, правда, все выскажет, чему ее учили за 
долгие годы работы за прилавком. И что он - очкарик. И чего шляпу не надел? 
И сметана ему, видите ли, не очень жирная! На себя бы посмотрел, костяшка очкастая!
     А очкарик, глядишь, еще нахальнее первого оказался Поэтому ище интеллигентнее, 
еще ласковее, еще улыбчивее:
     - Зачем вы так нервничаете, милая? Так хорошо на свете жить. Столько радости 
вокруг! Смотрите, какое у вас красивое зеленое платье! Так идет вам. Точно под цвет 
вашего лица!
     Над этим комплиментом она уже задумывается до конца рабочего дня. Конечно, 
поначалу ей непривычен будет этот процесс - думать. Да еще два раза в день! Зато со 
временем, чтобы понять, что ей эти нахалы-интеллигенты наговорили, ей вообще придется 
начать хорошую литературу читать. Глядишь, любимой героиней станет Наташа Ростова. 
И все! Другой человек за прилавком. Потому что трудно себе представить, чтобы Наташа 
Ростова сказала Пьеру Безухову: «Куда прешь, дурень очкастый!»
     Вот и получается, что пока интеллигенты не станут нахалами, нахалы не станут 
интеллигентами!
     Есть, правда, другой способ - бороться с ними тем, чего у них нет. То есть - умом.
     Проведите такой эксперимент: выберите киоск с наиболее яркой киоскершей, 
занимающей весь объем киоска, подойдите к ней и сначала вежливо и интеллигентно 
спросите:
     - Будьте настолько любезны, если вам нетрудно, разменяйте, пожалуйста, две 
копейки, спасибо.
     Вы увидите, как она заранее ненавидит интеллигентную речь. Таков уж ее хромосомный 
набор. Она сама одна большая сплошная хоросома. Поэтому тут же ответит вам примерно так:
     - Пошел вон, я двушек не рожаю!
     Это максимум, на что хватит ее нетронутой хорошей литературой фантазии. А вы 
попробуйте похитрее... Подойдите и для начала озадачьте ее. Прямо глядя в глаза, спросите:
     - У вас «Справочник агрессора» есть?
    Пока она смотрит на вас, пытаясь сообразить, есть он у нее или нет, усугубите вопрос:
     - А «Юного агрессора»?
     И пока она думает, забирайте, чего надо, и уходите. Можно спросить еще «Телефонную 
книгу РСФСР». Надолго задумываются. И усугубить:
     - А на узбекском языке? А с картинками? Но самое сильное средство - поинтересоваться:
     - Нет ли чернил для восьмого класса? Действует настолько сильно, что обычно отвечают:
     - Пока нет.
     Так что неправильно многие говорят, что с нашей сферой обслуживания неприятно 
иметь дело. Если с умом, то это одно удовольствие. Только с умом, а не нервничая.
     Например, на рынках они же издеваются над нами своими ценами и получают от этого 
удовольствие. А почему бы нам над ними не поиздеваться и тоже не получить удовольствие? 
Придите на рынок в период весенних наглых цен и, как всегда, спросите:
     - Почем помидоры? Он, как всегда, ответит:
     - По десять рублей.
     А вы, опять-таки глядя очень серьезно ему в глаза, спросите:
     - А за двадцать отдашь?
     И продолжайте смотреть прямо в его зрачки умоляющим взглядом. У него тут же минута 
молчания на полчаса наступит. Тогда вы, продолжая смотреть в его немигающие, как 
пуговицы от подушек, зрачки, извинитесь:
     - Ну ладно, раз вы думаете, я вон к тому пойду. Он за тридцать пять уступит.
     И у того, который в столбняке остался, настроение на всю жизнь испорчено. А у вас 
хорошее. Потому что нет большей радости для нашего человека, чем испортить настроение 
другому.
     Одним словом, если к нашей сфере обслуживания подойти с умом, то каждый день для 
вас может стать настоящим праздником!

   - А сколько стоит эта шапка? 
   - Сто пятьдесят. 
   - А в том магазине такая же триста пятьдесят. 
   - Не торгуйтесь. Эта последняя. 
   - Но почему в том магазине дороже, чем у вас?  Шапка  хуже?  Или  мех другой? 
   - На ярлыке написано сто пятьдесят, и я не продам и на рубль дороже! 
   - Ничего не понимаю. Вроде нормальная меховая шапка, а стоит дешевле. 
     Из кого она? Чей мех? 
   - Государственный. 
   - Понимаю. Зверя самого как зовут? 
   - Вам-то что? Нравится -  берите!  Надоели!  "Почему  дешевле,  какой зверь?" Выродок! 
   - Кто? 
   - Шапка из меха выродка. Понятно? 
   - Ах это выродок... так вот он какой! То-то я вижу знакомое что-то... а в жизни 
     на кого похож? 
   - На выродка и похож. Говорят, вроде помесь выдры с диким кабаном. 
   - Вот это да! Так он, собственно, что... хрюкает или плавает? 
   - Плывет и хрюкает. Копыта, плавники, клыки, крылья, рога, хвост. Такого куда ни кинь - 
     выживет! Ну что  вы!  Выродковые  шапки  на  экспорт идут. 
   - А что ж они такого зверя сами не могут вывести? 
   - Нет. Для выродка нужны определенные условия. Они только у нас. 
   - А им слабо создать условия получше? 
   - А ему надо, чтоб похуже. В хороших условиях выродок не  размножается, гибнет. 
     А когда все плохо, он только сил набирается, мех густеет. 
   - Героический зверь. 
   - А вы думали? В поисках корма по горам лазит, ныряет, по  болоту  на брюхе 
     сколько хош проползает. Пищи нет,  так  он  камень  грызть  может, нефть усваивает, 
     при этом мочится чистым бензином! 
   - Ай да ученые! Кого вывели! 
   - А вы думали! Вот здесь все написано:  пуленепробиваемый,  противоударный. 
   - В смысле бьешь, а ему хоть бы что? 
   - А что ему сделается? Вот идете вы в этой шапке, дали вам по  башке, - вас нет, 
     а шапке хоть бы что! Выродок! 
   - А мордашка симпатичная? 
   - Когда поест, - да. Зато приручается быстро. Из рук ест. 
   - Что ест? 
   - А что дадут. Прямо из рук. Ну, а как все съест, за руку  принимается. 
     Я ж говорю, ручной зверек! 
   - А отчего волос жесткий и не гнется совсем? 
   - У него все время мех дыбом. 
   - Почему дыбом? 
   - Жизнь у него такая! 
   - А размножается как? 
   - Размножается делением. 
   - И что он делит? 
   - Что есть, то и делит. Найдут корку или кость  и  делят,  рвут  друг друга на части! 
   - Нет, я спросил, как они размножаются? 
   - Господи! Я ж вам говорю: делением! При дележке они друг дружку рвут и их 
     больше становится. Как у ящерицы. Ей хвост оторвешь,  у  нее  новый вырастает. 
     И у выродка. Хвост оторвут, а через полчаса хвост  до  целого выродка вырастает.
     И так любой орган. 
   - Ничего себе! То есть, чем меньше того, чего делить, тем  их  больше становится?! 
   - Ну да! Я ж говорю: ценный зверек! Берете шапку? Последняя! Вон  народ уже косится. 
     Начнут делить, - разорвут. 
   - Можно примерю? Ну как? 
   - Натяните поглубже. Чего она над головой зависает? 
   - Да волосы чертовы, как не укладываю, все время дыбом!  Жизнь,  сами знаете...

Подходит ко мне на улице один, говорит: "Хотите заработать?" Я говорю: "Хочу". 
Он говорит: "Мы вас используем как рекламу гербалайфа!"
Я говорю: "Чего-чего?!"
Он говорит: "Гербалайфа. Будете говорить, что принимали гербалайф и стали 
таким стройным!"
Я говорю: "Разве я принимал?"
Он говорит: "Ну какая вам разница? Скажете, что принимали, и за десять минут 
вы получите сто баксов!"
Я говорю: "Вообще-то, у меня восьмичасовой рабочий день..."
Он ничего не ответил, только хрюкнул. Приехали мы на телевидение. Ведущий говорит: 
"У нас прямая трансляция, вы не нервничайте".
Я говорю: "Я и не нервничаю, я гербалайф принимал".
Он говорит: "Про гербалайф скажете, когда камеру включат. Внимание - включили!"
Я говорю: "Ой, я же жену не предупредил, что задержусь!"
Ведущий говорит: "Она вас сейчас, возможно, видит". Я говорю: "Она, даже когда 
видит, - не верит. Вчера был у Петьки, она говорит: "Я звонила - никто трубку 
не снимал!" Я говорю: "Какую трубку, если Петька шапку снять не мог, в ней и заснул!"
Ведущий говорит: "Итак, вы принимали гербалайф?"
Я говорю: "Ну!"
"И сколько в день?" - спрашивает ведущий.
А тот-то мне не сказал сколько. Издалека мне показывает два пальца. 
Я говорю: "Два стакана!"
Тот за голову схватился. Я говорю: "То есть две бутылки, но под хорошую закуску!"
Ведущий говорит: "Вы, наверное, не поняли вопроса. Какую дозу вы принимали?" 
Я смотрю, тот, вдалеке, показывает мне пальцами два нолика. Я ему кивнул, что 
понял, и говорю: "Сто грамм. Перед завтраком, обедом и ужином - для аппетита!"
Ведущий говорит: "И аппетит проходит?" Я говорю: "Да, если плотно закусишь. 
Но как гербалайфа примешь, он опять появляется!"
Смотрю, тот, который меня привел, со стула сполз.
Ведущий говорит: "Так он вам помог или нет?!"
Я говорю: "Кто?"
Он говорит: "Гербалайф!"
Тут я понял, что это, видимо, фамилия, и говорю: "Помог, он вообще мужик 
хороший! Часто помогает".
Ведущий говорит: "К-как это?!"
Я говорю: "Ну, взаймы иногда дает..."
"А вы ничего не путаете?" - спрашивает ведущий.
Я говорю: "Однажды перепутал: вместо ста рублей - десять отдал! - А сам думаю: 
зачем я это ляпнул?! И говорю: - А однажды и я ему помог; приходит он ко мне..."
"Я про гербалайф вас спрашиваю!" - говорит ведущий.
Я говорю: "Я про него и говорю, приходит он, Гербалайф этот, ко мне и говорит: 
"Витек, у тебя выпить не будет?!""
Ведущий говорит: "Вы что, с ума сошли?!"
"Вот я ему и говорю: "Ты что - с ума спятил?! Если бы у меня было, разве б я тут был?!""
Ну, тот, который меня привел, смотрю, меж стульев по-пластунски выбирается.
"А похудели-то вы как?!" - кричит ведущий.
Я говорю: "Ну что ты привязался?! Поживи, как я, и ты похудеешь!"
"Так что бы вы могли посоветовать нашим телезрителям, желающим похудеть?" - 
говорит ведущий. Я говорю: "Тем, кто хочет похудеть, советую деньги отдать мне! 
Потому что и у меня есть мечта когда-нибудь вволю наесться и напиться!"
Ведущий говорит: "На этом наша передача кончается!"
А я подумал и сказал: "Приятного всем аппетита!"

Сейчас буду рассказывать правду, какой бы горькой она ни была...
Вчера в больницу попал. Ногу подвернул... Лучше бы я голову себе свернул сразу!
Представляете: лежу в приемном покое, жду, когда врач придет, и вдруг подходят 
вместо врача два санитара.
- Этот, что ли? - говорит маленький длинному и показывает на меня.
- Сейчас посмотрим, - говорит длинный, - разве, - говорит, - их тут всех подлецов 
упомнишь!
Достал из кармана ворох каких-то бумаг, покопался в них и говорит:
- Этот! Вот, - говорит, - написано: смерть наступила в тринадцать ноль-ноль.
Я говорю удивленно:
- У-у кого наступила?
Маленький говорит:
- А тебя вообще не спрашивают! Совсем, - говорит, - обнаглели! В позапрошлом годе, - 
говорит, - вот так же один старикашка заведующего испугал. Тот только себе налил, а 
старикашка - хвать и - выпил! И за закуской тянется...
Длинный говорит:
- Да, бывают в жизни загадочные явления! Но я на всякий случай еще раз проверю.
Проверил и говорит:
- Нет, все правильно, вот написано: Анисимова Аграфена Петровна... 1883 года рождения.
- Идиоты! - заорал я. - Я жаловаться буду!
- В позапрошлом годе, - говорит маленький, - вот так же одна бывшая старушка жалобу 
написала. Скоро уж ответ, наверное, придет...
- Разберутся, - говорит длинный. - Сейчас насчет этого строго!
Тут маленький говорит задумчиво:
- Однако, - говорит, - непонятная старушка попалась: в брюках, с усами и лысина 
вон блестит!..
Длинный говорит:
- Ну и что, может, она панкует!
- В позапрошлом годе, - говорит маленький, - рокеров привезли, так вместо рокера 
мотоцикл похоронили. Металлистов, - говорит, - легко перепутать...
- Врача! Врача мне позовите! - заорал я.
Тут открывается дверь и входит врач: халат накрахмаленный, взгляд строгий. На груди 
стетоскоп, на голове - пыжиковая шапка, чтоб не сперли.
- Почему, - спрашивает, - больной так дико кричит? Опять лекарства в счет следующего 
квартала даете, чтоб план перевыполнить?
- В позапрошлом годе, - говорит маленький, - мы им лекарства на кухне в котел 
закладали, чтоб всем без обиды! А в этом, раз вы ругаетесь, решили вообще не давать!
- К тому же это не больной, - говорит длинный, - а вот... - Покопался в своих 
бумажках и говорит изумленно: - Оказывается, у меня две бумажки слиплись, и это 
получается не Аграфена девятнадцатого века рождения, а... аппарат - искусственная почка!
Врач поджал губы и говорит понимающе:
- Это, - говорит, - наверное, японцы делали, наши так не могут!
- Наши меня делали! Наши! - закричал я.
- Во дает! - обрадовался маленький. - Значит, научились! Ну, взяли, что ли?! - 
скомандовал он своему длинному напарнику и ухватил меня за ногу.
- Ой! - заорал я, дернулся и... вывих-то выправил. Вскочил и бежать оттуда сломя голову. 
Да так, что по дороге в столб врезался и теперь уж и сам не пойму: то ли это в 
действительности было, то ли мне примерещилось!

     Одним из халатных упущений Интуриста было  то,  что  иностранцам  при
въезде в Ленинград не читали технику  безопасности.  Один  лектор  мог  бы
сэкономить труд нескольких бригад скорой. А ведь могли бы  организовать  с
того конца адаптационные курсы и качать дополнительную валюту.
     А это был вообще невезучий америкашка. Его бы сразу выбраковать -  не
готов морально и физически, сиди уж дома;  нет,  тоже  поперся.  Показать,
значит, жене и дочери загадочную страну белых медведей. Какой он храбрый и
богатый.
     Первый раз скорую вызвали с утра. Колитик у него легкий  образовался.
Приступ геморроя с мелким кровотечением. Ну  что:  хватил  вечером  водяры
нашу дозу, закусил непривычным, переварить без  тренировки  не  смог.  Так
отдыхай в номере, лелей свечку в анусе!
     Нет - потащился с  группой  по  городу;  рейнджер.  Ах,  дворцы,  ах,
Невский! - как же, деньги уплачены, надо получить все сполна. На Невском у
него брюхо и схватило.
     Переводчик эвакуировал его  в  ближайший  туалет  -  под  телеателье,
напротив Строгановского дворца. Ждут десять минут, двадцать,  беспокоятся.
Выползает  америкашка  наверх  сильно  хромая,   разъяренный   и   мокрый.
Порывается переводчику въехать по морде.
     Выяснилось, что когда он влетел в освободившуюся кабинку, его  унитаз
смутил. Загажен до непривычности. Он лихорадочно вспомнил армейскую службу
и туристские рассказы и проявил смекалку - взобрался на стульчик ногами  и
сел орлом, подобно русскому рядом. Но он был не орел, и не  русский,  и  в
кульминационный момент скользнул. Он натужился, ножки старческие дрогнули,
и он со скользкого мокрого фаянса слетел. Одна нога,  значит,  сдрыгнулась
на пол, а вторая в унитаз. И он загремел набок.
     Он чуть не вывихнул колено и  соответственно  изгваздался.  Туалетной
бумаги вокруг не оказалось и мыла тоже. Благоухая и  кряхтя,  пострадавший
путешественник обтерся платочком, обмылся ледяной водой, харкнул в зеркало
и клокоча похромал наверх воевать  за  правду.  Он  припылил  на  тачке  в
гостиницу  и  устроил  такой  бенц,   что   группе   молниеносно   сменили
переводчика.
     Новой переводчице внушили задобрить и сгладить.  И  девочка  объявила
группе маленький сюрприз: в Ленинграде открылась первая  пиццерия,  и  вот
они за очень дешево пообедают  настоящей  горячей  пиццей  и  оценят  наше
качество привычной в Америке еды.
     Тут она немного промахнулась.  В  Америке  такое  качество  оценивает
уголовный суд. Пицца, унаследовав итальянское имя, была ублюдком от  брака
русского блина с еврейской мацой: полупрозрачная сухая лепешка, посыпанная
крошкой, измельченной до такой  степени,  чтобы  нельзя  было  определить,
колбаса это или иной какой деликатес. И сверху украшена  кляксой  томатной
пасты.
     Америкашка,  в  довершение  несчастий,  оказался  по   национальности
итальянцем. Такое сочетание кого хочешь подкосит: штатник  и  итальяшка  в
одном лице, с приступом геморроя и свалившийся с горшка.
     Американец не согласился, что это пицца. Официантка заменила черствую
на горячую. От этих  издевательств  американец  завопил  по-итальянски  и,
кавалерийски потрясая пиццей, заскакал  забинтованным  коленом  вперед  на
кухню. Бороться, значит, за качество питания.
     Что за бескультурье, удивляется пекарь, а еще иностранец! Тут вам  не
там! Живо сдерет милиция валютный штраф и - коленом под зад обратно:  дома
в Америке гангстера изображай! не такие едали! Наглый халдей,  все  кругом
прикормлены.
     Американец  взрывается  английским  матом,  доступным  пекарю  и   по
видеопорникам. Пекарь парирует, что он его фак и клиент может кисс  его  в
эсс.  Американец  надевает  ему  пиццу  на  рыло,  бьет  посуду,  получает
слева-справа по уху, к  обеим  сторонам  набегает  подмога  -  итальянский
темперамент плюс  американская  раскованность  внакладку  на  национальную
гордость великороссов дают потрясающие результаты! Любо-дорого  поглядеть,
какой погром! Еле всех растащили.
     Американец баюкает руку, обожженную кипящим  маслом.  Янки  дудль.  В
гостиницу приезжает та же скорая, что три часа назад ему  ногу  вправляла.
Подмигивают старому другу и врачуют ожог.
     Цезарь  после  такой  кампании  отступил  бы.  Но   Цезарь   не   был
американцем.
     Бригада  по  возвращении  на  станцию  устраивает  пресс-конференцию.
Третий вызов! ну не климат ему здесь.
     Так вечером попозже он решил пропустить рюмочку, успокоить нервы.  Он
пропустил рюмочку, и две рюмочки, и  четыре  рюмочки,  и  вышел  чуть-чуть
прогуляться перед сном, вдохнуть прохлады и полюбоваться зрелищем  ночного
Ленинграда.
     Зрелище  было  хоть  куда.  У  него  поинтересовались,  который  час,
попросили закурить, вслед за чем на сносном английском предложили  выгодно
продать доллары. Вместо шестидесяти официальных копеек - по четыре  рубля.
Такая подвалила финансовая удача, и он продал стольник.
     Это компенсировало несчастья прошедшего дня. Микрокалькулятор показал
прибыл от операции в шестьсот шестьдесят шесть  долларов  шестьдесят  семь
центов, а это даже для небедного  американца  славный  заработок  за  день
отдыха. И  он  придумал  отпраздновать  находку  покупкой  самого  лучшего
коньяка в ближайшем открытом гастрономе. И у кассы обнаружил, что с  верху
пачки десятка, и с низу - десятка, а между ними -  аккуратно  настриженная
бумага. Куклу ему задвинули. Один, в темноте, выпивший: лох.
     Это на него произвело  такое  сильное  впечатление,  что  по  пути  в
гостиницу его хватил инсульт. Лег он на тротуар и стал тихо помыкивать.
     Лежит? Мычит? Пахнет? Пьяный! Мало у нас близ винных  вечером  народу
лежит: кто мычит, кто нет. Переступали. Потом луноход приехал.
     Подняли его загружать, а там лоб разбит и рука  забинтована.  Милиция
вызывает скорую - не  хочет  ответственности:  обвинят  в  избиении,  были
прецеденты.
     Прикатывает скорая: битый алкаш. Кидают на носилки, пихают в  машину,
и - в 25-е Октября. Эта больница вечно по пьяной травме дежурит.
     В приемной скатили его на кафельный пол и отбыли.
     Поскучал он  полночи  на  полу  среди  алкашей,  в  порядке  очереди.
Хлопнули на топчан, стали раздевать - и обнаружили паспорт. Он лежал не  в
нагрудном внутреннем кармане, как у людей  принято,  а  как  бы  потайном,
изнутри полы. От воров прятал. Скорая и не нашла.
     Больница имени 25-го Октября для иностранцев не предназначена. Туда и
своим лучше не попадать. Дежурный  врач  звонит  в  диспетчерскую  скорой.
Оттуда - в интуру, оттуда - в гостиницу.  А  там  уже  группа  колготится,
экспедицию на поиски организует и чуть ли не в ООН обращаться собирается.
     И  толпа  интуристов  вламывается  в  приемное.  Ознакомились  они  с
контингентом, глянули на перегоревшие лампочки меж облезлых стен,  нюхнули
запашку и пришли в тихий ужас. Застонали, завопили, одни камерами щелкают,
другие консулу звонят: такие условия!.. Дежурный врач хватается за сердце:
нельзя  иностранцев,  нельзя  снимать,  провокация  западной   пропаганды!
Узнают, затаскают,  выгонят!  И  узнали,  и  выгнали,  поскольку  телефоны
посольства на  прослушке,  стукач  при  группе:  прибыло  ГБ  в  штатском,
оттеснило иностранцев, засветили им  пленки;  одновременно  прибыл  третий
секретарь    американского    посольства,    готовый    защищать     жизнь
соотечественника всей мощью державы; просочилось все на "Голос Америки", и
слава больницы 25-го Октября достигла всемирных масштабов.
     Уволили за недосмотр и переводчика (третьего, последнего). И  стукача
уволили. Скорая, к счастью, отделалась выговорами. А америкашку  перевезли
в больницу Куйбышева и положили в отдельную палату, где он через  два  дня
благополучно и помер.
     Так сообщать приятную новость жене с дочерью врачи выпихнули опять же
переводчика, уже четвертого по счету,  приставленного  лично  к  больному.
Однако когда переводчик утешил, что все хлопоты и расходы по доставке тела
на родину советская сторона, верная законам гостеприимства, берет на себя,
убитая горем семья обнялась и просияла. Таковы их нравы.
     Вот  после  этой  самой  истории  КГБ  и  потрясло  Интурист,  что  в
результате кончилось снятием и посадкой за миллионные хищения  бессменного
директора  Ленинтуры  Ванюшина  и  воцарением   в   его   кресле   верного
номенклатурщика Сорокина. И Интурист в Питере  стал  называться  не  "Дети
Ванюшина", а "Сорочинская ярмарка".

Ну, я знаю, что в палатке вместо водки могут чего угодно подсунуть, но чтоб такое... 
принес домой, открыл - оттуда старик Хоттабыч! Говорит: "Злой колдун Абль-Фабль-гад 
обманом заточил меня в бутылку!" Я говорю: "А выпить он не заточил?" Хоттабыч говорит: 
"Сейчас сделаем!" Вырвал из бороды волосок, сказал: "Трахти-бидохти-ох!", бац - и на 
столе кувшин!
Я говорю: "Наливай". Он налил, я выпил - это кумыс. Говорю: "Ты что, басурман, меня 
отравить хочешь?!" Он говорит: "О, повелитель, этот целебный напиток пил сам султан 
Алям-Салям-бей!"
Я говорю: "Вот он и помер!" Хоттабыч говорит: "Так это три тысячи лет назад было!" 
Я говорю: "Это уже детали! Давай, - говорю, - бутылку "Столичной" завода "Кристалл"". 
Только он хотел волосок выдернуть, я говорю: "И лучше ящик, чтоб тебя два раза не гонять!"
Ну, дернул он волосок, побухтел - и ящик на стол бац! Выпили мы с Хоттабычем по стакану, 
глазки у него заблестели. Я говорю: "Надо теперь тебе документы и одежду, а то с твоей 
внешностью тебя в КПЗ посадят, а это хуже, чем в бутылке!"
Ну, старик дернул-вякнул и, гляжу, сидит уже в майке, джинсах, на ногах кроссовки. 
Все, как у меня, только вид, будто из сумасшедшего дома.
"Ладно", - думаю, дал ему паспорт жены для образца, объяснил, что исправить, он 
дернул-вякнул - и в руке у него паспорт: на фотографии он в майке, а фамилия - 
Прохорова Елена Васильна.
И тут зашевелилась у меня в башке мысль. Достал я десятидолларовую бумажку. 
"Ну-ка, - говорю, - рви!" Он взял и порвал ее. Я говорю: "Ты что - офонарел?! 
Волос надо было рвать! Теперь восстанавливай и сделай мне тысячу таких бумажек!"
Ну, пьяный Хоттабыч долго бороду найти не мог, все рука у него слева-справа... 
Я сам ему клок выдрал! "Бухти!" - говорю. А он, старый пень, стал про молодость 
рассказывать, как он там в Древнем Востоке в песочек играл!
Я говорю: "Знал бы - я б тебе не наливал!" А он башкой качает, говорит: "Толик ибн... 
Алеша, хочешь - я тебе тысячу и одну сказку расскажу?"
Я говорю: "Батя, слушай меня: вот клок твой! Ты помнишь эту свою белиберду?" 
Он говорит: "Толик ибн... я все помню, давай еще выпьем и пойдем Аблю-Фаблю-гаду 
морду бить! Он меня в бутылку заточил!"
"Так, - думаю, - надо старика спасать. Мудрец, а с одного стакана забурел!" 
"Вот что, - говорю, - ты ложись спать, я тебе на полу постелю, чтоб удобно падать, 
а я сам чего-нибудь ляпну!"
Уложил Хоттабыча, вспоминать начал: "Трухти... трахти-бидохти-ох, появись тысяча 
таких бумажек!"
Откуда-то с потолка пачка мне по балде как шибанет! И рассыпалась по полу, как ковер. 
"Теперь, - думаю, - надо машину! Трахти-бидохти-ох!.."
"Мерседес" шестисотый как по балкону шарахнет! И вместе с ним вниз с десятого этажа. 
Хорошо, внизу никого не было, кроме соседей. Автомобиль вдребезги, а они только в 
затылках чешут, спорят: что это было - метеорит или летающая тарелка?
Ну, я из бороды еще надергал - осколки убрал, балкон восстановил. Вдруг в дверь 
стучат - я перепугался, стал доллары собирать, а у купюр-то у всех номер и серия 
одинаковые! "Ой, - думаю, - если милиция - посадят за фальшивомонетничество!" Кинулся 
к Хоттабычу спящему, а у него подбородок уже голый, как коленка. Это я ему все 
повыдергивал, оказывается. Стал я его лицо обшаривать, а в дверь колотят, руки у 
меня дрожат, Хоттабыч от щекотки смеется. Наконец нашел я один волосок, выдернул: 
"Трахти-бидохти-ох! Чтоб все пропало, а Хоттабыч - в бутылку!"
Открыл дверь - входит жена. "Ты, - говорит, - чего на собачку закрылся? Опять 
пьешь?!" Я говорю: "С чего ты взяла?! Вот бутылка еще не откубрена стоит! И вообще, 
если хочешь, я ее могу выбросить!"
Взял бутылку, прошел гордо к мусоропроводу и - туда ее! Вернулся, думаю: "Жалко, 
конечно, Хоттабыча, но кому он нужен - без бороды?!"

Иванов, иди к доске. Что значит - не хочу? А ты думаешь, я хочу? Была б моя воля, 
я от тебя в дpугой гоpод уехал! 
Hу ладно, отвечай: как называются гоpы в Севеpной Амеpике? 
Hе облакачивайся на меня, когда с учителем pазговаpиваешь! Как называются гоpы 
в Севеpной Амеpике? 
Hе нужны мне твои билеты на Тоганку. Я знаю, что от чистого сеpдца. Отвечай: 
как называются Коpдильеpы? Тьфу, чеpт!.. Как называются гоpы в Севеpной Амеpике? 
Вот тебе Петpов подсказывает. Давай гpомче, Петpов. Анчоусы? Hет, это ты с чем-то 
спутал. Вот нам сейчас Веpа Воpонцова скажет. 
Воpонцова! О чем вы там шепчетесь с Голиковым? Что ж ты в слух-то?! Hу и что, что 
я спpашиваю, об этом молчать надо. Когда я учился, мы об этом молчали. Так кpепко, 
что та, котоpую я любил, до сих поp об этом не знает. А это моя жена. 
Да, а о чем я вас спpашивал? Кто помнит, о чем я спpашивал? Симаков, ты помнишь? 
Пpи чем здесь "Печоpин убил Онегина"? У нас же геогpафия. Вот тибе и "а"! И потом, 
не Печоpин убил Онегина, а наобоpот. Кажется... Вот пpошло всего двадцать лет, а я 
уже не помню, кто кого убил и за что. Впpочем, в детстве я больше геогpафией 
увлекался - жил в коммуналке, поэтому очень хотелось увидеть дpугие наpоды! 
А где Иванов?! он же только что здесь стоял?! Как - вышел?! А потеpпеть никак? 
Уж, замуж, невтеpпеж? Пpавильно, вот сейчас пpавильно подсказываешь, Петpов. Hо у 
нас не pусский, у нас сейчас Коpдильеpы! 
Я, Петpов, тоже этих гоp никогда не видел, но я знаю, где они находятся! Сказать тебе? 
Это я - учитель, а ты - ученик. А не наобоpот. Еще неизвестно, кем ты станешь, когда 
выpастешь! Только не учителем? Запомни, Петpов, в миpе две самые гуманные пpофессии: 
учитель и вpач! Hу пpи чем здесь сколько я заpабатываю?! Все, хватит отвлекаться! 
Голиков! Голиков, вытpи со щеки помаду, иди к доске и говоpи, где находятся Коpдильеpы. 
А ты где находишься?! Ты на уpоке, между пpочим, находишься, в школе! Я знаю, кто 
твой папа! Ты скажи лучше, где находится Коpдильеpы? 
Hе знаешь? Значит, беpем неизвестное "X", пpибавляем к нему папину должность, вычитаем 
мои неpвы и ставим... Симакову "кол"! 
Где жуpнал?! Я последний pаз спpашиваю: где жуp-нал?! Что вы мне "Кpокодил" суете, я 
классный жуpнал спpашиваю! Hет, мое теpпение не выдеpжит! Гpановский, вы куда? Hу и 
что, я тоже хочу покуpить. 
А о чем я говоpил? Внимание! Кто скажет, о чем я говоpил, ставлю "пять". Так, молодцы. 
Где жуpнал? Уже пеpедо мной. 
Значит, так: Акишкин здесь? Здесь. "Пять". Антонов здесь? Hету. "Пять". Боpискин 
здесь? А где?! Hе может быть! Ведь он такой дисциплиpованный мальчик. Дети, вот что 
значит не знать геогpафии! 
Дети, вы слышите меня? Учите геогpафию. Чтобы знать, где Юг, а где Севеp. Чтобы не 
пеpепутать Коpдильеpы со Сpеднеpусской возвышенностью. Вы слышите? Дети?! 
Что? Звонок? Да-да, я слышу. Отдыхайте. И не куpите в коpидоpе, дым тянет в 
чительскую, а там и так дышать нечем!

     Мне в отделе кадров говорят: «Ваш отдел перенасыщен людьми, надо хотя бы 
одного человека сократить». А кого мне сокращать? Кулакова? Нет, извольте... 
Давайте разберемся! В других отделах кто прыгает, кросс бежит, гранату кидает, 
плавает на приз газеты «Идем ко дну!»? Три-четыре участника группы «Здоровье» 
да шесть-семь женщин, которых из-за габаритов и склочного характера на финиш без 
очереди пропускают. А у нас? Вы этого Кулакова когда-нибудь видели? Зайдите 
как-нибудь, взгляните! Пиджак 68-го размера, голова 74-го. От туфель следы на 
снегу, как от чемодана, остаются. Нормы ГТО любому за десятку сдает. У нас 
благодаря ему весь отдел с золотыми значками «Готов к труду и обороне» ходит. 
Зачем мне его увольнять?
     Филиппова уволить тоже глупо. Он стенгазеты к любому празднику по 27 метров 
длиной выпускает. Шутка ли? Первомайскую газету досрочно вывесил, к 1 апреля!
     За Горяева мы в прошлом году в соревновании шестьдесят пять очков получили. 
Он с новым начинанием выступил: «Регулярно приходить на работу! Несколько 
раз в день!»
     Коноплянский ежегодно за весь отдел на донорских пунктах отдувается. Редчайшая 
кровь оказалась. Тамбовского разлива. Мы его так и зовем: донор-рецидивист!
     В прошлом году хотел Кокурина уволить. А он взял и учудил. Стал победителем 
во всесоюзной рыбалке по подводному лову. Шутка ли? Изобрел новый бур, с помощью 
которого в отведенное время набурил лунок в десять раз больше, чем остальные.
     Симкина я ни за что уволить никому не позволю. Он экстрасенс. Зимой, когда 
отопление отключают, нам свое тепло передает...
     Машенька в хоре поет. Линькин макраме занимается. С утра до вечера вяжет. 
Любовь Евгеньевна - каратистка. Так что ее уволить вообще ни у кого рука не 
поднимется. Я ее теперь на подведение итогов по соцсоревнованию всегда посылаю. 
Она там очень удачно у начальства очки выбивает.
     У Крымова отец - главный пожарник района. Уволишь, запретит чайник в отделе 
держать. Руднева по звонку свыше приняли, значит, по звонку свыше только и уволить 
можно... Недаром его все так и зовут: «Наше позвоночное».
     Полежаев к любому празднику за 25 минут 500 шариков надуть может. 
Незаменимый человек!
     Хромов единственное в стране общество возглавляет - «Общество озеленения 
Красного Креста». Пока он в этом обществе один. Председатель!
     А у Дронова дочка в один детский сад ходит с внучкой секретарши заместителя 
нашего министра. Четыре годика девочке, а уже для нашего отдела три новых ставки 
выбила. Не могу же я неблагодарным по отношению к ней быть и папу ее уволить...
     Словом, где ни копни, куда ни сунься, а всюду есть объективные причины, 
почему никого увольнять мне нельзя...
     Даже Максим Максимыча и то не сократишь. Конечно, он с утра до вечера только 
и знает, что пишет, чертит, считает. Ничего больше, сачок, не делает. Но зато на 
нем одном весь план нашего отдела держится. Так что увольнять мне некого. А если 
хорошенько разобраться, то и не обязательно. Что я, первый раз подобное указание 
сверху получаю? Да если б я всех директив начальства слушался и за эти 25 лет 
сокращал согласно их предписаниям, у меня бы сейчас в отделе работало минус 19 
человек. А у меня их как было 12, так и теперь - 28.
     И все незаменимы! И каждый на своем месте!!! И все вместе дружно завтрашний 
юбилей встречаем - двадцатипятилетне со дня начала на нашем предприятии сокращения 
штатов! Поэтому лучше я к этому юбилею, как всегда, начальству аргументированную 
записку подам, почему никого сокращать нельзя! А всем остальным к этому празднику 
почетные грамоты выпишу. Кроме себя, конечно. Самому себе неудобно почетную грамоту 
выписывать. Поэтому сам, как и все начальство, обойдусь премией. И ценным подарком!!!